Джон Догерти

Партнер ООО Сиксус Интернешнел и член совета попечителей Черноморской биотехнологической ассоциаци

Первые девять лет существования всемирной земледельческой растительной биотехнологии создали существенные различия в конкурентной ситуации среди государств мира. Соединенные штаты и Канада уже утвердились в качестве мировых “Лидеров”. Аргентина, Китай и Индия начинают заявлять о себе как о мировых “Лидерах” не только среди экономик переходного типа, но и в глобальном масштабе. Некоторые государства взяли на себя роль “Адаптеров”, обращая внимание главным образом на внедрение доказавших себя генетических конструктов путем улучшения сортов и их приспособления к разнообразным местным условиям. Другие государства сделались “Усыновителями”, заведя регистр доказавших себя характерных черт зарубежных сортов для использования их в местных условиях. Но большинство государств являются “Отстающими”. Мы помещаем их в категорию “Отстающих”, поскольку в индустриальном отношении эти государства заметно отстали в своем развитии, используя в качестве источника для биотехнологии местную пищевую промышленность, фуражную промышленность, ученых и/или фермеров.

1. Какими являются некоторые причины такого различия между государствами при создании и использовании этой новой технологии?
2. Если в 21-вом веке растительная биотехнология будет одной из основных мировых тенденций, то чему нас научило первое десятилетие относительно существенных различий между сегодняшними государствами-“Лидерами” и “Отстающими” государствами?

Автор настоящей статьи полагает, что ответ на данные два вопроса, с целью лучшего понимания, может быть начат с использования знаний, полученных в других промышленных секторах и с рассмотрения истории промышленности. Кроме того, мы считаем, что книга экономиста Гарвардского университета Майкла Портера Конкурентное преимущество государств, хотя и не фокусирует свое внимание на сегменте земледельческой биотехнологии, проливает свет на методы, являющиеся пригодными и в данном случае.

Наш анализ показывает, что выбранное государственными лидерами направление государственной политики является важным фактором, который определяет разделение государства на “Лидеров” или “Отстающих”. Другими словами, ключевым фактором дифференциации является наличие или отсутствие прозрачно функционирующей научно-обоснованной регуляторной системы. А также действует ли эта научно-обоснованная система при минимальном вмешательстве политиков или давлении со стороны третьих сил.

Те государства, которые все еще НЕ ИМЕЮТ созданной функционирующей научно-обоснованной регуляторной системы, находятся в невыгодном конкурентном положении в международном плане. Это отсутствие регулирования создало как бы один вид торгового препятствия для отстающих государств по отношению к объектам торговли, фуражным компонентам, пищевым компонентам и в сфере технологического сотрудничества.

В Конкурентном преимуществе государств д-р Портер утверждает, что: “Регуляторные требования всех правительственных уровней должны быть установлены с учетом особенного внимания к их влиянию на инновационный процесс. Предписания должны способствовать поиску новых технологий и продуктов. Но весьма часто их эффект является абсолютно противоположным.

Однако, настолько же важным, как и регуляторные стандарты, является и процесс, посредством которого они создаются и вступают в силу. Задержка и неопределенность при принятии решения относительно стандартов и при одобрении или неодобрении продуктов и инструкций приводит к потере времени и ресурсов и является ненужным препятствием перед инновациями в промышленности”.

Первое десятилетие истории мирового сектора показывает, что государства могут существенным образом изменить свой конкурентоспособный рост и будущее путем принятия эффективных и целесообразных законов и постановлений в сфере земледельческой биотехнологии. Сразу же после того, как вступают в силу научно-обоснованные постановления, касающиеся земледельческой биотехнологии, ученые, семеноводческие компании, фермеры и предприниматели начинают реагировать быстро. В государстве за государством скорость принятия биотехнологии как земледельческой практики превышает скорость исторического принятия различных гибридов и улучшенных семян “Зеленой революции.

Государства, существенная доля внутреннего валового национального продукта которых получена за счет земледельческого сектора, получают значительные выгоды в тех случаях, когда становятся “Лидерами” или, перед этим, “Усыновителями” самых передовых нововведений в земледельческом производстве. И наоборот, данное государство лишается существенных потенциальных выгод, откладывая инновации, задерживая принятие соответствующих законов и постановлений.
   
Присоединение к участникам, подписавшим Картахенский протокол, означает намерение начать создание и одобрение на государственном уровне законов и постановлений. Государственные законы и постановления, касающиеся конструирования растений научной биотехнологией, должны, по возможности, указывать ясный путь вперед. В настоящее время в государствах-“Лидерах” (как в развитых, так и в государствах с экономикой переходного типа) существуют успешно работающие модели. Функционирующий закон о растительной научной биотехнологии является чем-то вроде системы права на собственность. Создание такой системы приводит к поощрению технических инвестиций и к партнерству между частным и общественным секторами государств-“Лидеров”. Поскольку государства имеют четко обозначенный предсказуемый путь, то отношения партнерства складываются намного проще.

Политический лидер, который поставил своей целью улучшение продуктивности/конкурентоспособности земледелия, сохранности почвы и водных ресурсов, расширение разнообразия дикой природы и улучшение здоровья фермерских семей и сельскохозяйственных рабочих, должен был бы оценить и обратить внимание как на модель на практический опыт пяти государств-“Лидеров” в области земледельческой биотехнологии.
   
Исследования выбранных по случайному закону отдельных современных конструктов, одобренных научно-обоснованными регуляторными системами, показывает, что государство получает значительную пользу, проявляющуюся в воздействии на окружающую среду, на общественное здоровье/безопасность рабочих и на экономику. По данному вопросу мы рекомендуем вам ознакомиться со следующими изданиями: книгой Экономическое и экологическое воздействие земледельческой биотехнологии, мировая перспектива доктора Николаса Калаицандонакеса, Использование генетически модифицированных культур в развивающихся государствах Ньюфилдского совета по биоэтике, а также и с множеством докладов Международного исследовательского институт пищевой политики (IFPRI). В результате этих конкретных исследований конструктов, одобренных научно-обоснованными регуляторными системами, было установлено, что НЕ БЫЛО обнаружено неблагоприятных последствий для биологического разнообразия, окружающей среды или здоровья общества. Данные научные исследования опровергают более ранние предположения некоторых организаций.

    Последний доклад Международной службы по приобретению агробиотехнологических разработок (ISAAA) был опубликован в январе 2005 года. ISAAA сообщила о росте в мировом масштабе на 20 % засеянной с использованием биотехнологических методов земли. Это является увеличением годового прироста по сравнению с 2003 годом. В целом, 17 государств засеяли одну или более культур с одним или более конструктами. Наибольшее годовое увеличение наблюдалось в экономиках переходного типа. В 2004 году, девять лет спустя после одобрения в Соединенных Штатах Америки первого конструкта, 8.25 миллиона земледельцев засеяли 81.4 миллиона гектаров земли. Сегодня земледельческая биотехнология является основной коммерческой практикой. Четыре главные культуры являются ведущими коммерческими потребителями данной технологии: кукуруза, соя, хлопок и рапсовые культуры.

В вышедшем недавно докладе IFPRI говорится, что в 15 развивающихся экономиках существует 61 научный институт, работающий по проектам, затрагивающим 45 различных культур, при этом внимание в первую очередь фокусируется на проблемах, связанных с болезнями и вредителями. Если эти проекты будут объединены с многочисленными проектами в Северной Америке, связанными с устойчивостью к засухе, холоду, а также с качественными и вкусовыми показателями, то будут раскрыты возможности для огромных перемен в земледелии.

Если земледелие в вашей стране не использует одобренные конструкты этих культур для разрешения агрономических проблем, то ваша страна отстает в области конкурентоспособности. Если ученые вашей страны не имеют установленной регуляторной системы и затруднен процесс перехода от лабораторных исследований к коммерческой регистрации, то их может привлечь перспектива эмиграции в другую страну.

В декабре 2004 года в Черноморском регионе и среди членов Черноморской биотехнологической ассоциации Россия, Болгария и Румыния являлись наиболее продвинутыми в области земледельческой растительной биотехнологии. Эти три страны являются счастливчиками, имеющими функционирующую научно-обоснованную регуляторную систему в течение части первого десятилетия. Другие же державы региона находятся в невыгодном положении, поскольку они не имеют научно-обоснованной регуляторной системы.

Джоел Коен, старший научный сотрудник IFPRI, утверждает: “Бедные державы часто не хотят или не в состоянии заниматься тестированием коммерческих генетически модифицированных культур, поскольку национальная политика или регуляторные системы являются неподготовленными для выдачи одобрения их использования”. По моему мнению, данная практика имеет такое же экономическое значение для державы, как и фермер, который кормит корову, но после решает ее не доить.

Быть стороной, подписавшей Картахенский протокол, является недостаточным. До тех пор, пока одна страна не создаст свои собственные функционирующие законы/постановления, ее инвестиции в институты по растительным наукам, передовое обучение биологическим наукам, в программы по выведению сортов, а также и в земледелие будут являться недойными активами.

Сиксус Интернешнел считает, что наилучшим доказательством того, может ли одна регуляторная система считаться “функционирующей”, является демонстрация того, что фермеры в этой стране имеют доступ к тем же конструктам, которые одобрены для использования их конкурентами … фермерами, выращивающими эти же культуры в других странах.

Мы, кроме того, считаем, что одной из мер эффективности и результативности регуляторной системы данной страны по отношению к другой стране является разница во времени, которое необходимо для одобрения конструкта культуры в первой стране и во второй стране. Если специфический конструкт культуры зарегистрирован в первой стране в 1998 году, а вторая страна не зарегистрировала этот же конструкт до 2000 года, то вторая страна находится в глобальном конкурентно невыгодном положении. А каковой является степень невыгодности конкурентного положение страны, которая зарегистрировала этот конструкт в 2004 году? Каковым является глобальное невыгодное положение страны, которая не может начать процесс регистрации этого конструкта и в 2005 году, поскольку не располагает регуляторной системой?

Другим мерилом эффективности являются расходы данной страны по сравнению с другой страной на исследования и тестирование, необходимые для одобрения конструкта.
   
Значительные различия во времени и расходах создают неопределенность. Изобретатели, предприниматели и инвеститоры предпочитают работать и вкладывать ресурсы в экономики с низкой степенью неопределенности.

В той части вышеупомянутой книги Майкла Портера, в которой он описывает “Создание факторов в новой науке”, он утверждает следующее: «Случай с биотехнологией является символом того, как благоразумные (Германия) послушные новые ученые отстают от других держав. Германские законы, касающиеся биотехнологических исследований, являются настолько строгими, что BASF и Hoechst проводят исследования в своих подразделениях в Соединенных штатах».

Опубликованная 22 марта 2005 года в Wall street Journal статья “Крещение Германии” упоминает политическую партию в Германия, требующую “пика занятости”, когда безработица в Германии достигла 12,6%. Последствия, постигшие экономические возможности, имели своим источником существующие законы и постановления ограничительного характера.

Что касается стран, которые уже определили свои регуляторные системы для земледельческой биотехнологии, то мы утверждаем, что отвечающие за их политику лица изучают модели, которые создают возможности для работы ученых и улучшают продуктивность земледелия и глобальную конкурентоспособность.

Первое регуляторное одобрение для внедрения конструкта представляет доказательство того, что страна имеет “вполне” функционирующую регуляторную систему. Одобрение второго конструкта культуры, особенно если на это затрачено время меньшее, чем то, которое понадобилось для первого конструкта, демонстрирует улучшенную эффективность и надежность функционирующей системы. Всякое одобрение конструкта привлекает все больше изобретателей, предпринимателей и инвеститоров в эту страну. Функционирующая регуляторная система дает возможность ученым не только в частном, но и в общественно секторе использовать биотехнологию для решения присущих стране агрономических проблем. Мы убеждены в том, что глобальное преимущество “коммерческого момента” в секторе земледельческой биотехнологии сейчас налицо в первых 17 странах, имеющих опыт насаждений.

В книге Хернадо Десотоса Мистерия капитала говорится о том, что отсутствие ясной, предсказуемой и эффективной системы законов заставляет население действовать вне системы. Развиваются черный рынок и коррупция. Так, когда одна страна имеет функционирующую систему и ставит своей целью экономические, экологические или безопасные общественные выгоды, то тогда в стране, имеющей бесправный земледельческий сектор, создается ситуация, в которой начинается незаконная торговля. Транснациональное движение соевых семян Раундап Реди в начале 2000 годов из страны, в которой они были одобрены (Аргентина), в соседнюю страну, в которой одобрение задержалось (Бразилия), является примером ответа фермеров международной конкуренции.

Другой важной концепцией конкурентного государственного преимущества является “Преимущество первого автора”. Мы считаем, что существует несколько показателей земледельческой биотехнологии, которые могут быть использованы для точной идентификации того, какая страна имеет “Преимущество первого автора”.

1. Какая из стран первой в мире зарегистрировала конструкцию?
2. Какая из стран является первой в естественном торговом регионе (Черное море) или в торговом блоке (ЕС или NAFTA), зарегистрировавшей конструкт?
3. Какая из стран имеет исследовательский объект (лабораторию), которая создает, развивает и регистрирует конструкт?
4. Какая из стран имеет наибольший процент семеноводческих компаний, которые имеют один или более сортов, содержащих конструкт?
5. Какая из стран имеет наибольшее количество фермеров, выращивающих ту культуру, которая использует конструкт?

Заключение:

В 2005 году управляющие государствами политики имеют возможности для того, чтобы сделать практически выбор, ставящий своей целью повышение конкурентного преимущества их стран. Сиксус Интернешнел может порекомендовать некоторые из таких возможностей:

1. Направить делегацию на МОР 2, которая будет проводиться в Монреале с 31 мая до 2 июня, которая бы приняла сбалансированное решение, учитывая как необходимость заботы об окружающей среде, так и важность государственной конкурентоспособности в сфере земледелия и науки.
2. Принять научно обоснованные законы и постановления, которые бы создали конкурентное преимущество для ваших стран, взяв за пример модель одного из государств-“Лидеров”.
3. Привести в действие постановления об оценке риска и регистрации посевных сортов с одобренными конструктами (широко используемыми в международной торговле) ключевых для вашей страны культур, чтобы ваши фермеры и научные работники имели возможность участвовать в биотехнологической революции.